Цифровые барьеры во взаимной торговле в ЕАЭС ограничивают потенциал малого бизнеса — ЕЭК
Многие ограничения во взаимной торговле государств-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС – Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Россия) используют цифровые решения и сдерживают потенциал малого и среднего бизнеса. Об этом заявили представители Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) в ходе панельной дискуссии на тему взаимного участия в государственных (муниципальных) закупках на электронных торговых площадках стран ЕАЭС, проведенной в рамках VI Евразийского цифрового форума на выставке «ТИБО-2024».
Директор департамента конкурентной политики и политики в области госзакупок ЕЭК Жанар Адикова рассказала, что вопрос цифровой повестки затронул и работу ЕЭК в части госзакупок на рынке ЕАЭС. Она напомнила, что Договор о ЕАЭС предусматривает базовый принцип госзакупок на рынке ЕАЭС в виде предоставления национального режима всем его участникам, то есть когда обеспечиваются условия не хуже, чем для национальных поставщиков. Вместе с тем, ввиду разноскоростного внедрения современных технологий в ряде стран сталкиваются с вопросом: что делать, если из-за «цифры» компании-нерезиденты получают в другой стране лучшие условия, чем у себя на родине и как в этом случае обеспечить им национальный режим?
ЕЭК разработает правила взаимного признания ЭЦП
Представитель ЕЭК рассказала, что в рамках обеспечения доступа к закупкам в классическом представлении комиссия проводит работу над устранением барьеров в госзакупках.
«Есть вопросы по обеспечению доступа по промышленным товарам — здесь мы предусмотрели целый механизм подтверждения страны происхождения товаров, чтобы обеспечить доступ к закупкам, когда одна из стран союза вводит запреты, преференции или ограничения. Этот инструмент работает — мы создали Евразийский реестр и достаточно активно с ним работаем», — рассказала Адикова.
В настоящее время в данном реестре представлено 22,7 тыс промышленных товаров 177 производителей ЕАЭС из 16 отраслей. Наибольшая представленность – у белорусских предприятий: их в реестре насчитывается 127. Включение в реестр позволяет предприятиям беспрепятственно участвовать в государственных (муниципальных) закупках в странах ЕАЭС.
Также примером снятия барьеров является обеспечение взаимного признания банковских гарантий. ЕЭК приняла соответствующее соглашение в августе 2023 г, к настоящему времени оно ратифицировано в двух странах, ожидается его дальнейшая ратификация.
«У нас не было инструмента, как признавать банковские гарантии, чтобы потенциальный поставщик мог предоставить свои гарантийные обязательства при участии в закупках. Это препятствие было признано ограничением и все страны стали прорабатывать соглашение. В процессе работы над документом мы предусмотрели и другие способы гарантий – получение контргарантий через Евразийский банк развития (ЕАБР), в рамках союзного государства Беларуси и России белорусские банки были включены в перечень гарантов России и начали выдавать такие гарантии — работа шла двумя параллельными треками», — рассказала Адикова.
По словам представителя ЕЭК, классическим барьером, в данном случае еще и цифровым, является практика участия в госзакупках в Казахстане, где потенциальные участники госзакупок не знают, как подтвердить финансовую устойчивость.
«Казахстан перешел на полную автоматизацию предоставления данных, более того, данные получают из интегрированных баз государственных органов. С точки зрения классического национального режима в правилах предусмотрено, что нерезиденты предоставляют аналогичную информацию. но с точки зрения цифрового режима мы не понимаем, как это сделать. Мы с 2023 г в ЕЭК обсуждаем этот вопрос и думаем, как обеспечить этот национальный режим из-за того, что у нас Казахстан имеет 100-процентную цифровизацию», — сообщила представитель ЕЭК.
В рамках содействия участию в госзакупках ЕЭК получила полномочия разработать правила взаимного признания электронной цифровой подписи (ЭЦП).
«Сейчас мы работаем над этими правилами. Мы ожидаем, что до апреля 2025 г они должны быть приняты. Мы хотим сделать это раньше, чтобы провести техническое апробирование, при котором могут возникнуть вопросы, их также нужно предусмотреть в правилах», — отметила Адикова.
Цифровизацию внесут в поправки в Договор о ЕАЭС
Эксперт рассказала, что новые подходы цифровизации в госзакупках требуют актуализации договора о ЕАЭС. Мониторинг ЕЭК показал, что все страны ЕАЭС проводят госзакупки в электронном виде – это потребовало корректировки норм Договора. Более того, в него планируется внести современные формы госзакупок, такие как электронный каталог или электронный магазин. Проект пакета поправок, включающий данные изменения, в настоящее время находится в странах ЕАЭС на внутригосударственном согласовании.
«Также в рамках этого проекта мы предусмотрели предложение — мы хотели бы перевести все форматы процедуры госзакупок в электронный вид. Так как у нас разный уровень внутренней цифровизации, поэтому наша задача в первую очередь подтянуть всех на один уровень. Исходя из того, что не все страны готовы и планируют это делать только после 2025 г, то на сегодня в Договоре о союзе мы можем закрепить только заключение договоров в электронном формате, размещение протоколов в электронном формате, поступление уведомлений, жалоб — и все. Мы хотели многое другое, например, подтверждение квалифицированных, дополнительных требований, но у нас пока только базовые документы. Также мы хотим ряд функций передать операторам электронных закупок, расширив их полномочия», — проинформировала представитель ЕЭК.
Вместе с тем она обратила внимание, что цифровизация многих процедур в рамках госзакупок потребует большей оперативности со стороны их участников. Эксперт выразила сомнение, что компании будут готовы оперативно подать заявку, предоставить документы, например, банковскую гарантию в другую страну. Эти вопросы снимутся при признании ЭЦП, заверила она.
«Также нужно модернизировать программные комплексы в разных странах. В рамках этой работы, как минимум, мы добились, чтобы размещались базовые документы — годовые планы закупок, сами объявления о процедурах закупок, и были сняты связанные с рассматриваемым барьером вопросы в части автоматизации сбора и интеграции такой информации с базами данных», — сообщила Аликова.
Касательно различного уровня цифровизации, представитель ЕЭК поделилась данными комиссии, согласно которым уровень цифровизации в осуществлении госзакупок находится между 48% в Армении и 100% в Казахстане (85% в Беларуси – ред.). Уровень цифровизации с возможностью использования ЭЦП колеблется от 44% в Армении до 87% в Казахстане (Беларусь 77%).
«Цифра должна обеспечивать национальный режим в госзакупках, возможность потенциальных поставщиков союза спокойно дома предоставлять документы и участвовать в госзакупках. Из международного опыта мы видим, что главные принципы эффективности госзакупок — качество и цена – появляются, когда реализуется принципы цифровизации, конкуренция будет через цифровизацию», — уверена представитель ЕЭК.
Цифра не только потенциал, но и препятствие
Как отметил заместитель директора департамента функционирования внутренних рынков ЕЭК Канат Олжабаев, ЕЭК фиксирует тенденцию уменьшения препятствий в рамках процедур госзакупок: если в 2023 г из 15 препятствий на госзакупки припадало 7 случаев, то по состоянию на 4 июня 2024 г из 21 препятствия только 4.
«Но актуальным стало ограничение в виде применения неких механизмов цифровизации в этой сфере. Это новый тренд, с которым мы столкнулись. Мы видим такие ограничения при введении различных дополнительных квалификационных требований, порядка подтверждения соответствия. Многие такие ограничения используют цифровые решения. В странах используются цифровые решения, которые создают определенные ограничения для доступа других государств-членов ЕАЭС. Соответственно, наработанная нами практика по устранению препятствий свидетельствует о том, некоторые препятствия во взаимной торговле мы относим к категории цифровых», — сообщил Олжабаев.
Он указал, что разноскоростной уровень развития цифровизации, в том числе в сфере госзакупок, в странах ЕАЭС создает ограничения для государств членов-союза.
«Вторая сторона такой цифровизации — это ограничения потенциала бизнеса, в частности, малых и средних предприятий, которые работают в трансграничной среде», — отметил представитель ЕЭК.
Для решения этих цифровых проблем в ЕЭК видят целесообразность при введении новых информационных систем предусмотреть некий переходный период для поставщиков из других стран-членов ЕАЭС, позволяющий им адаптироваться к требованиям, заложенным в других государствах союза. Эксперт высказал мнение, что это характерно не только для процедуры госзакупок, но касается регистрации в реестрах юрлиц и ИП, оборота лекарственных препаратов, перемещения отдельных видов товаров и т.д.
«Негативное воздействие имеет электронное взаимодействие в рамках двусторонних отношений, когда зачастую 2-3 страны договариваются об определенных действиях в рамках своих отношений, что в последующем вызывает сложности с согласованием таких процессов уже на все государства-члены ЕАЭС. Наверное, странам нужно больше координировать такие действия, чтобы минимизировать возможную негативную реакцию. В долгосрочной перспективе отсутствие единого подхода к цифровому взаимодействую может привести к серьезным препятствиям уже при реализации интеграционных решений», — подчеркнул представитель ЕЭК.