Развитие белорусско-российских отношений в контексте пересмотра интеграции

<p> МИНСК, 24 июня – ПраймПресс. Ожидаемая в ноябре 2019 г ратификация программы реформирования Союзного государства Беларуси и России не гарантирует Минску существенного смягчения экономического давления со стороны Москвы. Такая программа станет лишь очередным промежуточным этапом белорусско-российской интеграции, соответственно, реализация новых договоренностей и дальнейшее развитие интеграционного процесса с высокой вероятностью будут стимулироваться отработанными средствами экономического прессинга. </p> <p> </p> <h4>Назначение Бабича: Москва не щадит державные чувства белорусских партнеров</h4> <p> Как один из признаков консервации жестких подходов Москвы можно расценивать возвращение в сферу координации интеграционных процессов экс-посла РФ в Беларуси Михаила Бабича. </p> <p> 17 июня распоряжением премьер-министра РФ Дмитрия Медведева Бабич был назначен заместителем министра экономического развития РФ, курирующим вопросы взаимодействия со странами СНГ, а также функционирования и развития Союзного государства России и Беларуси. </p> <p> «Бабич продолжит заниматься «интеграционной» тематикой… Он во многом будет заниматься координацией и организацией «интеграционной» работы, что является чрезвычайно важным», - прокомментировал назначение пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. «Мы знаем, что у Бабича достаточно высокий уровень экспертизы в этой области, который он, безусловно, сможет использовать для ускорения разнообразных интеграционных процессов», - добавил Песков. </p> <p> Ключевой посыл в этом комментарии – Бабич продолжит заниматься тематикой интеграции. А ведь еще менее двух месяцев назад официальный Минск прилагал немалые усилия для отстранения Бабича от этих занятий. И, казалось, добился своего – 30 апреля Бабич был отозван с поста посла РФ в Беларуси. С весомым багажом резонансных интеграционных заявлений и скандальных ответных реплик со стороны белорусских властей, включая резюмирующую оценку сверхэнергичного дипломата белорусским МИД как «разрушителя» устоев Союзного государства. </p> <p> Отсюда вывод – Москва в данной ситуации игнорирует суверенные интересы и не щадит державные чувства партнеров, возвращая на переговорное поле не очень удобную для Минска фигуру, поскольку руководствуется исключительно мотивами «ускорения интеграционных процессов». </p> <p> Примечательно, что именно непродолжительный период нахождения Бабича на посольском посту (с 24 августа 2018 г по 30 апреля 2019 г) и в одновременном качестве специального представителя президента РФ отмечен наивысшим за последние годы всплеском интеграционной активности. Один из важнейших промежуточных итогов - создание в начале текущего года рабочих групп высокого уровня по урегулированию проблемных вопросов и развитию белорусско-российской интеграции (фактически – с целью детальной ревизии подписанного в 1999 г договора о Союзном государстве РБ и РФ). От российской стороны такую группу возглавляет министр экономического развития Максим Орешкин, от белорусской – министр экономики Дмитрий Крутой. </p> <p> </p> <div class="highlighted-paragraph"> Напомним, что созданию групп предшествовала конкретизация Москвой интеграционных подходов, неоднократно публично озвученная премьером Медведевым и послом Бабичем, суть которых можно свести к двум констатациям. Первая: Россия продолжает предоставлять Беларуси значительный объем финансово-экономических бонусов (5-6 млрд долл ежегодно), и, соответственно, вправе ожидать (и требовать) соразмерного переформатирования интеграционных отношений. Второе: предоставление любого рода дополнительных преференций, в том числе, связанных с условиями поставок в РБ энергоносителей, доступа белорусских товаров на рынок РФ, должно увязываться с адекватным прогрессом в деле совместного реформирования Союзного государства. </div> <p> </p> <p> И эти подходы в настоящий момент методично реализуется. Что, как минимум, проявляется в <b>активизации межправительственных переговоров по линии рабочих групп Орешкина и Крутого, а также в практически полном отключении Беларуси от доступа к «преференциальным опциям»</b>. </p> <p> Причем, в число отключенных опций попали не только развязки нефтегазовых вопросов (компенсация по налоговому маневру, новые газовые тарифы на 2020 г, которые планировалось утвердить до 1 июля 2019 г), что имеет свою логику в рамках декларируемого Москвой «пакетного принципа», но и ранее согласованные договоренности в кредитно-финансовой сфере. Так, зависло выделение межгосударственного кредита на рефинансирование российской части госдолга РБ, перечисление финального транша кредита Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР). Затягивается ответ на переданные Минском просьбы об улучшении условий (снижение процентной ставки, смягчение графика первых выплат) экспортного кредита на строительство Белорусской АЭС. </p> <p> Минфин Беларуси вынужден признать проблемы с возобновлением кредитного финансирования из России, как и вызванную этим необходимость поиска замещающих источников для обслуживания обязательств по внешнему госдолгу. «Возникли проблемы с привлечением российского кредита на 600 млн долл, и по траншу ЕФСР на 200 млн долл застряло по каким-то причинам решение, хотя Беларусь выполнила все условия», - отметил 12 июня министр финансов Беларуси Максим Ермолович. </p> <p> Как утверждает Ермолович, «выпадающие источники привлечения средств замещены, есть совершенно конкретные планы, как и когда мы будем привлекать средства с китайского, российского, внутреннего рынка». В числе основных внешних альтернатив он назвал предварительную договоренность с Банком развития Китая о займе на 3,5 млрд юаней (примерно 500 млн долл в эквиваленте), а также привлечение в текущем году в рамках двухлетней программы размещения суверенных облигаций на российском рынке примерно 10 млрд рос руб (около 155 млн долл по курсу Центробанка РФ). Кроме того, 500 млн долл выручено на внутреннем рынке за счет выпусков валютных облигаций. </p> <p> Однако озвученные министром планы замещения, даже если они реализуются без заминок, не позволят полностью закрыть намеченную на текущий год программу внешних заимствований (до 2 млрд долл). Тем более что Минфин планирует возвращение на международный рынок еврооблигаций не ранее второго полугодия 2020 г. </p> <p> </p> <h4>Программа реформирования СГ вряд ли приобретет качества прикладной «дорожной карты»</h4> <p> Тактика наращивания давления дает результат: 24 мая премьер РБ Румас заявлял, что позиции «по дальнейшей интеграции в рамках Союзного государства» сходятся на 70%, а уже 15 июня глава Минэкономразвития РФ Орешкин отметил согласование готовящихся группами документов на 90%. </p> <p> «Дальше будет более глубокая проработка тех элементов, которые есть, но мы постепенно движемся к 100-процентной отметке», - сообщил министр. В этой связи симптоматичен пост Орешкина, опубликованный 18 июня в Instagram: совместная фотография с новым заместителем Бабичем и подписью «Усиливаем министерство тяжелой артиллерией». </p> <p> Несомненно, возвращение Бабича в интеграционный процесс означает дальнейшее ужесточение российской переговорной позиции, что позволит достичь «100-процентной отметки» в согласовании новой интеграционной программы в ближайшее время. Ее чистовой конспект рассмотрели 21 июня в Минске премьеры Медведев и Румас. По итогам встречи Румас, в частности, сообщил: «В обновленной программе действий будут прописаны в первую очередь дорожные карты по секторам экономики. Мы эти дорожные карты должны согласовать все абсолютно к ноябрю». </p> <p> </p> <div class="highlighted-paragraph"> Как пояснил Румас, конечной целью интеграции является создание равных условий для субъектов хозяйствования, что подразумевает сближение практик бюджетной политики, налогообложения и административно-правового регулирования, равные цены на энергоносители. </div> <p> </p> <p> Маловероятно, однако, что эта «обновленная программа действий» приобретет качества прикладной «дорожной карты» для оперативного и радикального реформирования Союзного государства. Такой вариант невозможен по определению, поскольку <b>договаривающиеся стороны преследуют в данном процессе абсолютно разные цели</b>. </p> <p> Москва хотела бы склонить белорусских партнеров к принятию некого пакета конкретных обязательств, зафиксировать сроки и алгоритмы их исполнения (собственно базовый Договор от 1999 г давно уже не является обязывающим рабочим документом). Этому должен способствовать сам формат готовящихся к утверждению документов, которые включают два соглашения: одно содержит перечень шагов по «углублению интеграции», другое - оговаривает порядок и примерные графики реализации таких шагов. </p> <p> Минск, несомненно, хотел бы минимизировать любую конкретизацию по любым пунктам «углубления интеграции» (за исключением разве что равных условий хозяйствования), используя для выхолащивания неудобных вопросов (по единой валюте, таможне, судебной системе) принцип «паритета сторон». Аналогичным образом Минск не заинтересован в конкретизации сроков и будет настаивать на обязательности разного рода «подготовительных» и «переходных» этапов, позволяющих затянуть старт реальной реформы Союзного государства. Оптимальный вариант – принять программу «углубления интеграции» на отдаленный период. </p> <p> В целом же встреча премьеров 21 июня мало что прояснила. Так, Медведев, комментируя переговоры с коллегой Румасом, разделил обсуждаемую повестку на три группы вопросов: по первой отмечается единство подходов как по сути, так и по срокам реализации, по второй – единство подходов при разногласиях по срокам внедрения, по третьей – требуются дополнительные консультации. Вероятно, такие консультации будут происходить уже на более высоком политическом уровне. Как отметил Медведев 21 июня на встрече с президентом Лукашенко, для президентов осталось «может быть, гораздо меньшее количество вопросов, но - самых сложных, по которым нужно будет определиться даже с политико-правовой точки зрения». </p> <p> Так или иначе, <b>к рассмотрению президентами может быть подготовлен достаточно емкий блок</b>. Он может включать пунктирные намерения по переходу к единой денежно-кредитной, таможенной, налоговой, промышленно-аграрной, инфраструктурной политике. Детализировать совместное развитие ключевых отраслей экономики (нефтехимия, машиностроение, IT-сфера), включая участие российских компаний в поэтапной приватизации отдельных предприятий в РБ. А максимальные перспективы развития интеграции при минимальном уровне разногласий могут быть зафиксированы в сферах обороны, внешней торговли, социальной и культурной политики. </p> <p> Такого рода интеграционный продукт вполне годится для предъявления общественности двух стран как полноценный итог многомесячной переговорной эпопеи и как достойная веха на 20-летнем интеграционном пути. </p> <p> </p> <h4>Экономическое давление на Минск с высокой вероятностью продолжится</h4> <p> Впрочем, нельзя исключить, что намеченные графики утверждения реформы Союзного государства будут сорваны, скажем, из-за непреодолимых разногласий по «1 из 100%» согласуемых позиций. В пользу таких опасений свидетельствует осторожный тон при анонсировании завершающих этапов переговоров. Например, той самой окончательной встречи премьеров Медведева и Румаса 21 июня в Минске, повестку которой пресс-служба правительства РФ 18 июня описала так: «Обсудят актуальные вопросы российско-белорусского торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, взаимодействия в энергетике, промышленности, сельском хозяйстве. Главы правительств рассмотрят также перспективы наращивания интеграции в рамках Союзного государства». </p> <p> </p> <div class="highlighted-paragraph"> Напомним, после встречи Лукашенко и Путина 29 мая в кулуарах саммита ЕАЭС пресс-секретарь президента РФ Песков сообщил о поручении правительствам «проработать и сверить встречные планы действий по ключевым направлениям интеграции до 21 июня». После этого, по словам Пескова, «включатся в дело президенты двух стран». </div> <p> </p> <p> Премьер РФ Медведев уже после общения с коллегой Румасом на встрече с президентом Лукашенко 21 июня в Минске так обозначил примерный график дальнейших работ: «Мы сейчас почти готовы передать все для рассмотрения на президентском уровне. Надеемся, что вам это удастся сделать в июле, чтобы решить оставшиеся моменты. И, если все пойдет в таком же ключе и будет получено окончательное одобрение президентов, где-то к ноябрю можно было бы выйти на подписание дорожных карт по реализации всех этих инициатив». </p> <p> Лукашенко, в свою очередь, был еще менее конкретен, сообщив, разговор с Путиным «на эту тему и разные другие» состоится в рамках планируемого визита президента РФ на закрытие II Европейских игр (30 июня). Дополнительное обсуждение пройдет уже в июле в ходе визита Лукашенко в Санкт-Петербург на Форум регионов Беларуси и России. «Вот такой примерно был план. Это наметки только. Все будет зависеть от того, как будут складываться графики президентов, прежде всего президента России», - отметил Лукашенко. </p> <p> Другое дело, что принятие новой интеграционной программы – в намеченные сроки или с отсрочкой – станет лишь очередным промежуточным этапом белорусско-российской интеграции. Дальнейшее развитие этого процесса, как минимум, в части реализации новых договоренностей, с высокой вероятностью будет стимулироваться отработанными средствами экономического давления на Минск. </p> <p> Между тем, Минск уже находится в критическом положении, рассчитывая завершить этот промежуточный этап с хотя бы промежуточными уступками со стороны Москвы. Во-первых, разблокировать финансирование по каналам межгосударственного и коммерческого кредитования. Во-вторых, смягчить режим административных ограничений на доступ к российскому рынку. В-третьих, согласовать приемлемые газовые тарифы на 2020-2024 гг и в целом закрепить, пусть на более низком преференциальном уровне, условия снабжения РБ энергоносителями. В-четвертых, договориться о компенсациях по «налоговому маневру» и ущербу от аварии на нефтепроводе «Дружба». И при всем при этом белорусские власти должны постараться не потерять контроль над рычагами политико-экономического управления на собственной территории.  </p>

2019-06-24

Primepress