Бизнес преждевременно опасается ужесточения практики проверок после выхода постановления КГК №3 – Генпрокуратура Беларуси
МИНСК, 7 августа – ПраймПресс. Бизнес преждевременно опасается ужесточения правоприменительной практики фискальных проверок после выхода постановления Комитета государственного контроля (КГК) №3 от 9 июля 2019 г «О мерах по реализации пункта 4 Указа Президента Республики Беларусь от 18 апреля 2019 г №151». Об этом сказала старший прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства в сфере экономики Генеральной прокуратуры Беларуси Татьяна Жданова на расширенном заседании Консультативно-координационного совещания (ККС) деловых сообществ 7 августа.<br> <br> Жданова сказала, что Генпрокуратура изучила практику применения положений 33-й статьи Налогового кодекса. «В рамках этой статьи проведено всего семь проверок субъектов хозяйствования. Никаких возражений, жалоб, противоречий не возникло между налоговыми органами и субъектами хозяйствования», - отметила она.<br> <br> По ее словам, «однозначно, что конец прошлого года и начало этого года ознаменовалось тем, что экономические суды однозначно развернулись в сторону бизнеса».<br> <br> «На сегодняшний день у нас (в Генпрокуратуре – ред.) в основном - жалобы органов финансовых расследований и налоговых органов в отношении того, что экономические суды отменяют их решения по привлечению субъектов к ответственности в рамках 488-го указа (от 23 октября 2012 г «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств» - ред.) без доказательства отсутствия хозяйственной операции. Однозначно: сегодня экономические суды только в этой плоскости рассматривают все жалобы субъектов предпринимательской деятельности», - подчеркнула Жданова.<br> <br> По ее словам, если контролирующий орган не доказал отсутствие как таковой хозяйственной операции, экономический суд отменит решение контролирующего органа, «но проверка может быть всегда».<br> <br> «Да, письма могут веером рассылаться тем, кто «рядом» стоял. Но это ни к чему никого не обязывает: это не проверка, не предписание, а всего лишь информация. И каждый субъект, получив информацию, если он докажет подлинность хозяйственной операции, может спать спокойно, дожидаясь при этом внеплановую проверку. Которая, может быть, даже и не последует. А если и последует, то она будет проводиться исключительно с соблюдением требований налогового законодательства и, в первую очередь, пункта 4 статьи 33 Налогового кодекса. И ничего иного. Потому что органы финансовых расследований, как и другие, руководствуются только Налоговым кодексом. И больше ничем», - сказала Жданова.<br> <br> При этом она подчеркнула, что постановление КГК №3 – это не законодательный акт, а внутренняя инструкция, регламентирующая деятельность департамента финансовых расследований.<br> <br> Как сообщалось, руководители ведущих бизнес-союзов Беларуси в ходе рабочей встречи 24 июля отмечали, что постановление КГК №3 фактически восстанавливает значительную часть положений отмененного указа №488 о лжепредпринимательстве. Например, допускает ведение специального реестра «недобросовестных» субъектов хозяйствования, а их контрагентам (в том числе, добросовестным плательщикам) предполагается рассылать письма с просьбой доплатить налоги.<br> <br>
2019-08-07
Primepress
Бизнес преждевременно опасается ужесточения практики проверок после выхода постановления КГК №3 – Генпрокуратура Беларуси
Жданова сказала, что Генпрокуратура изучила практику применения положений 33-й статьи Налогового кодекса. «В рамках этой статьи проведено всего семь проверок субъектов хозяйствования. Никаких возражений, жалоб, противоречий не возникло между налоговыми органами и субъектами хозяйствования», - отметила она.
По ее словам, «однозначно, что конец прошлого года и начало этого года ознаменовалось тем, что экономические суды однозначно развернулись в сторону бизнеса».
«На сегодняшний день у нас (в Генпрокуратуре – ред.) в основном - жалобы органов финансовых расследований и налоговых органов в отношении того, что экономические суды отменяют их решения по привлечению субъектов к ответственности в рамках 488-го указа (от 23 октября 2012 г «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств» - ред.) без доказательства отсутствия хозяйственной операции. Однозначно: сегодня экономические суды только в этой плоскости рассматривают все жалобы субъектов предпринимательской деятельности», - подчеркнула Жданова.
По ее словам, если контролирующий орган не доказал отсутствие как таковой хозяйственной операции, экономический суд отменит решение контролирующего органа, «но проверка может быть всегда».
«Да, письма могут веером рассылаться тем, кто «рядом» стоял. Но это ни к чему никого не обязывает: это не проверка, не предписание, а всего лишь информация. И каждый субъект, получив информацию, если он докажет подлинность хозяйственной операции, может спать спокойно, дожидаясь при этом внеплановую проверку. Которая, может быть, даже и не последует. А если и последует, то она будет проводиться исключительно с соблюдением требований налогового законодательства и, в первую очередь, пункта 4 статьи 33 Налогового кодекса. И ничего иного. Потому что органы финансовых расследований, как и другие, руководствуются только Налоговым кодексом. И больше ничем», - сказала Жданова.
При этом она подчеркнула, что постановление КГК №3 – это не законодательный акт, а внутренняя инструкция, регламентирующая деятельность департамента финансовых расследований.
Как сообщалось, руководители ведущих бизнес-союзов Беларуси в ходе рабочей встречи 24 июля отмечали, что постановление КГК №3 фактически восстанавливает значительную часть положений отмененного указа №488 о лжепредпринимательстве. Например, допускает ведение специального реестра «недобросовестных» субъектов хозяйствования, а их контрагентам (в том числе, добросовестным плательщикам) предполагается рассылать письма с просьбой доплатить налоги.