Белорусским властям удалось обуздать инфляцию, но в 2018 г могут начаться проблемы
МИНСК, 14 сентября – Аналитическое агентство ПраймПресс. Высокая инфляция стала характерной особенностью Беларуси со времен обретения суверенитета. Долгие годы страна входила в число лидеров по темпам роста потребительских цен не только на постсоветском пространстве, но и в мире. Причиной этого явления была политика властей, которые ориентировались на выполнение количественных валовых показателей, накачивая экономику чрезмерным денежным предложением.
Даже небольшая дефляция, вызванная сезонным падением цен на овощи и фрукты, в белорусской экономике фиксировалась крайне редко. В частности, до 2017 г между двумя случаями сезонной дефляции прошло 7 лет – падение цен было зафиксировано в августе 2009 г и 2016 г.
Текущий год уникален тем, что снижение потребительских цен впервые с 1991 г отмечалось два месяца подряд – в июле и августе (см. Диаграмму 1). За июль потребительские цены на товары и услуги снизились на 0,1%, за август – на 0,8%.
РОСТ ЦЕН ЗАМЕДЛИЛСЯ В 4 РАЗА ЗА 2 ГОДА
Причем, если в июле падение цен состоялось за счет сезонного удешевления плодоовощной продукции, то в августе цены не выросли и без учета регулируемых властями позиций и плодоовощной продукции. Базовый индекс потребительских цен (БИПЦ), рассчитываемый Белстатом, составил в августе 99,99%.
С начала 2017 г цены, не подверженные вмешательству властей и сезонным скачкам, выросли на 1,9%. В качестве сравнения: за 8 месяцев 2016 г БИПЦ сложился на отметке 107,2%, за январь-август 2015 г – 107,7%. Иными словами, определяемые рынком цены за два года замедлили рост в 4 раза.
Диаграмма 1.
Существенное замедление фиксируется и по сводному ИПЦ, который представляет собой взвешенный рост цен на все товары и услуги, отслеживаемые Белстатом. В 2015 г потребительские цены за 8 месяцев выросли на 7,8%, в 2016 г – на 7,6%, в 2017 г – на 2,5%. Сводная инфляция стала меньше в 3 раза.
В августе 2017 г рост потребительских цен по отношению к аналогичному месяцу 2016 г составил 5,3% (см. Диаграмму 2). Такая инфляция в годовом выражении является самой низкой как минимум в текущем десятилетии.
Диаграмма 2.
По расчетам Нацбанка, базовая инфляция за август 2017 г относительно августа 2016 г сложилась на уровне 4,6%. В основные направления денежно-кредитной политики (ОНДКП) на 2017 г заложен предельный уровень роста сводного индекса потребительских цен на 9% к декабрю 2016 г. Начиная с февраля, данная задача выполняется с большим запасом (см. Диаграмму 3).
Диаграмма 3.
Причиной такого поведения инфляции стала совокупность факторов: рецессия 2015-2016 гг, введение Нацбанком в 2015 г режима монетарного таргетирования, программа с Евразийским фондом стабилизации и развития, предусматривающая ряд мер, направленных на уменьшение инфляционного давления. В любом случае, на сегодня власти имеют высокие шансы завершить год с самой низкой инфляцией в многолетнем ряду наблюдений.
Для расчета сводной потребительской инфляции Белстат использует частные индексы по различным товарам и услугам. В последние месяцы наблюдается снижение волатильности по всем трем укрупненным товарным группам (см. Диаграмму 4).
Диаграмма 4.
С учетом доли в потребительской корзине (до 47%), драйвером замедления инфляции выступают колебания цен на продовольственные товары (см. Диаграмму 5). В IV квартале 2017 г ускорение инфляции придадут цены на платные услуги.
Диаграмма 5.
СТАБИЛЬНЫЙ ОБМЕННЫЙ КУРС – СНИЖАЕТСЯ ИНФЛЯЦИЯ
Поскольку для производства товаров и услуг реальный сектор использует большие объемы импортного сырья и полуфабрикатов, курсовые движения оказывают значительное влияние на инфляцию внутри страны. Так как номинальный курс белорусского рубля к валютам стран внешнеторговых партнеров стабилизировался, это способствовало спокойному протеканию инфляционных процессов (см. Диаграмму 6).
Диаграмма 6.
РИСКИ СОЗДАЕТ РОСТ РУБЛЕВОЙ ДЕНЕЖНОЙ МАССЫ
Риски ускорения инфляции скорее исходят со стороны неравномерного роста денежных агрегатов (см. Диаграмму 7). Номинированная в валюте часть широкой денежной массы (ШДМ) лишь недавно снова перешла к росту в годовом выражении, тогда как рублевая денежная масса (агрегат М2*) с 2017 г постоянно увеличивается более чем на 20%.
Диаграмма 7.
На первый взгляд, бурный рост рублевой компоненты ШДМ несет с собой дедолларизацию денежного оборота, о которой так долго говорят власти. Однако при более пристальном рассмотрении видно, что увеличение количества рублей в обороте происходит в первую очередь за счет наличности (агрегат М0) и депозитов до востребования (агрегат М1).
Депозиты до востребования – это по преимуществу карт-счета населения и расчетные счета предприятий. Такие деньги обладают крайне высокой текучестью и в кризисной ситуации могут быть частично изъяты из активного оборота, создавая тем самым проблемы с ликвидностью банков. Гораздо более удобным для банков является опережающий рост срочных безотзывных депозитов, которые трудно оперативно забрать из системы.
Диаграмма 8.
СНИЖАЮТСЯ СТАВКИ И ИНФЛЯЦИОННЫЕ ОЖИДАНИЯ
Замедление инфляции позволяет банкам корректировать вниз ставки по новым рублевым кредитам и депозитам. Причем проценты по новым вкладам в годовом выражении уже сравнялись с темпами инфляции (см. Диаграмму 9).
Диаграмма 9.
Два месяца летней дефляции сильно упростили властям задачу по удержанию роста цен в пределах, прописанных в ОНДКП на 2017 г (не выше 9%). Если с сентября по декабрь потребительские цены будут расти по 1,5% ежемесячно, годовая инфляция составит около 8,7%. При условии, что инфляция в последней трети года ускорится до 1%, годовой прирост цен будет равен 6,6%. Прирост цен на 0,5% каждый месяц дает инфляцию в 4,5%.
Диаграмма 10.
Инфляционные ожидания, которые Нацбанк регулярно замеряет с помощью опроса порядка 1,7 тыс организаций, хотя и остаются довольно высокими, все же находятся возле минимумов за последние несколько лет. Заметно упала доля респондентов, которые считают, что цены будут расти с ускорением, и вырос удельный вес субъектов, ожидающих стабилизацию цен. Также на локальных максимумах находится доля предприятий, которые ждут снижение цен в ближайшие три месяца.
Диаграмма 11.
Таким образом, к настоящему моменту инфляция относится к числу тех немногих сфер, где власти достигли реальных успехов. Замедление потребительских цен в 2017 г происходит более быстро, чем ожидали в правительстве и Нацбанке.
В этой связи проект официального прогноза социально-экономического развития на 2018 г, содержащий положение об удержании годовой инфляции на уровне 7%, выглядит осторожным. Однако в детальном виде этот проект прогноза до сих пор не опубликован. Вполне вероятно, в тексте прогноза содержатся положения, которые указывают, какие факторы повлияют на то, что темпы роста цен в следующем году перестанут падать.
Возможно, в госорганах посчитали, что дальнейшему замедлению инфляции начнет препятствовать восстановление внутреннего спроса. Так, согласно августовским заявлениям чиновников правительства, ожидаемый рост реальных располагаемых денежных доходов населения определен в размере 3,2%.
По словам замглавы Минэкономики Дмитрия Крутого, в 2018 г самый быстрый рост ожидается в строительстве – плюс 6-6,5% к 2017 г. Строительный сектор в Беларуси традиционно входит в когорту крупнейших получателей госинвестиций.
В прежние времена именно чрезмерные госинвестиции служили тем маховиком, который раскручивал инфляционную спираль. Как показывает опыт прошлых лет, негативные эффекты от переинвестирования могут проявляться через считанные месяцы после вброса денег в экономику.